King Midas Sound / Fennesz — Edition 1

Наша оценка

В мои владения вторглась большая вода, вы могли узнать об этом из новостей. Стихия действует по наитию, без объявления войны, без объяснения причин, просто случается, уничтожая все, до чего может добраться. Так и с чувствами: любовь, гнев, грусть, радость — захватывают разум, не берут пленных, не щадят стариков и женщин, не выдвигают требований. Тебе оставили лишь время, много времени, на ожидание того, что все пройдет само собой. Стоя по щиколотку в реке, затопившей проезжую часть, наплевав на холод и инфекции, я чувствовал очищение, будто с каждой минутой из моего тела вымывались страхи и сомнения, имена, давно подлежащие забвению, но являющиеся по ночам и напоминавшие о себе заплаканной подушкой. Дожди прекратятся, наводнение рано или поздно закончится, потерпевшие отстроят жилища, проложат новые дороги, все начнется с начала. И в тот день, когда ливень, бесконечный и неутомимый, себя исчерпал, я решил, что оглох, тишина вокруг казалась непривычной, состояние покоя было неизбежным, но в то же время, вызывало дискомфорт — мы слишком завязли в чрезвычайной ситуации и, кажется, смирились со своей участью.

С момента выхода потрясающего дебютного альбома все три участника King Midas Sound не только обзавелись потомством, но и покинули границы Лондона, о котором теперь отзываются с неким трепетом и боязнью. Любой огромный Город всегда паразит, вытягивающий все силы, обезличивающий, давящий, с которым приходится взаимодействовать в симбиозе — он дарит и лишает, заражает и исцеляет, пока ты своими словами и поступками вершишь его историю, придаешь ему значимость, обозначаешь его на карте для других. Edition 1 пропитан водой, дающей начало жизни, сохраняющей плод, утоляющей жажду, объединяющей каждое существо на планете. Альбом — потоп, смывший столицы и страны, предстает в двух ипостасях — с человеческим присутствием и без, словно концовки действа для тех, кому предпочтителен относительно счастливый антиутопичный финал с хрупкими надеждами на спасение или полнейшее исчезновение рода людского.

Edition 1 логически продолжает шепот «ангельской» части полноформатного альбома The Bug, где шелест крыльев может быть тревожен, снег обратится пеплом, а отчуждение кажется таким родным и вроде как оправдывается надуманной необходимостью. Музыка здесь представляет собой нечто величественное, существующее сугубо по своим правилам вне времени и пространства, отклоняя любые попытки быть названной фоновым сопровождением. Здесь она по праву играет роль главного игрока, направляя чувства в нужное русло и определяя первостепенные настроения. Она выстраивается в плотную вращающуюся полусферу, возвышаясь над крохотной точкой где-то в середине, откуда и доносятся человеческие голоса, забывшие впечатлить техникой исполнения и концентрирующиеся лишь на содержании доносимых до слушателя посланий. Они способны на равных вести диалог с музыкальной составляющей только благодаря потрясающей акустике ее полупрозрачных голографических стен, внутри которых все важное будет услышано и усилено в несколько раз, даже если голосовые связки первоисточника не произвели ничего громче полушепота.

Кристиан, Кевин, Роджер и Кики, записали такой альбом, который с каждым последующим прослушиванием раскрывает в себе новые, утонченные грани. Эмбиент не вгоняет в тоску и при всей минималистичности буквально пестрит деталями, позволяющими разуму оставаться на чеку, следить за развитием и погружаться вглубь с каждым колебанием прилива. Edition 1 восхитителен и самодостаточен в любом проявлении, обрамлен голосами и без оных, он расскажет свою историю или поможет слушателю написать свою. Он звучит как колыбельная, из далекого детства, где весь мир нарисован масляными красками, заботливые родители всегда рядом и можно спать на боку – волк пошел за пирожками к бабушке. Шум, звучащий как тихое посапывание ребенка в «We Walk Together», потихоньку заглушаемый нарастающей громкостью агрессивно настроенных высоких частот, сулящих приближение беды, окончание сна и пробуждения, за которым неразрывно следует разочарование. Но беда остается позади, сновидения волшебной ракетой-погремушкой кружатся над головой, гипнотизируют, укутывают в одеяло, успокаивая нас.

Протяни руку сквозь стену звука и почувствуй удары мельчайших зарядов статического электричества в «Mysteries», вибрацию волн белого шума в трогательной «On My Mind», резкие покалывания колючих вытянутых капель неизвестного вещества, существующего только в движении, на котором и построено все вокруг. Стоит музыке хоть на пару секунд смолкнуть, стены тут же обрушатся, обнажив скудный, но более реальный пейзаж — бесконечную морскую гладь и затянутую маревом линию горизонта. А с наступлением ночи они полностью растворятся в темноте, напоминая о своем существовании лишь потрескивающими искрами, то и дело пробегающими по скрытым очертаниям. Спокойный и много раз обдуманный поток мыслей «Melt», как рассуждения, начитанные в микрофон карманного диктофона на пару с указаниями и советами воображаемому другу по несчастью, на самом деле являющегося размытым отражением самого говорящего. Первая пара слов дается не так просто, но барьер преодолен, и речь стремительно набирает темп, успев за считанные секунды обзавестись уверенностью лайф-коуча средней руки и монотонностью компьютерного синтезатора речи.

Edition 1 записывался в трудное время для каждого музыканта, преодолевших все невзгоды и живущих любовью друг к другу, настолько монументальной, что уверенность в ее силе не пошатнется ни при каких обстоятельствах. Завершающаяся отдаленным эхом «Our Love» контрастирует с началом альбома, звучащим совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки. Сказанное теряет очертания, музыка растекается по всему видимому ландшафту, оставляя короткие прорывающие мглу позывные на горизонте, когда местоположение не имеет значение, огромные периоды времени сжимаются до едва заметной точки, застилающий глаза туман кажется легкой неурядицей. Находясь далеко, облачаясь в дожди или снега, мороз не рвет легкие, ветра не лижут ребра, чужое безразличие не кажется трагедией, если на пути ждет встреча с теми, кого любишь, с теми, кем ты любим.

В словах Роджера и Кики нет боли, нарочной драматичности или жалостливости, присущих всем, кому было невыносимо плохо, вместо этого их голоса сияют светом, чистотой и несокрушимой верой в себя и друг в друга. Все это — напоминание о том, как важно начать говорить, начать трансформацию чувств и эмоций в лингвистические единицы, посредством которых мы и устанавливаем контакт с остальными. Будь это приглашение оценить масштабы внутреннего разрушения или желание оставить определенного человека внутри и по возможности не выпускать. Хотя сам процесс и может напоминать отстрел воздушных шаров из винтовки, только чтобы собрать с земли бесформенные кусочки резины и протянуть рядом стоящему, да еще и с таким видом, будто бы у тебя на ладонях слитки чистейшего золота, не меньше. Удручает то, что придется брать на вооружение слова, клишированные миллионами ртов и рук до тебя, опошленные, вымоченные во лжи и дешевом кукурузном сиропе с пищевыми красителями. Не хочется играть по старым засаленным сценариям, дополнять чужие диалоги своей собственной дрожью в голосе и страхом растерять все самое ценное во время мучительной конвертации и перевода. Особенно в те моменты, когда можно просто идти рука об руку и доверительно молчать.

Даже самое искреннее прощание не заменит швартовы, долгий взгляд не удержит пропадающий корабль, память не сохранит печальный трубный гул, некогда застрявший в грудной клетке. Стихия отступила, вода ушла, а та, что осталась — замерзла. С ней поблекли воспоминания, вытерлись образы, жизнь вернулась в привычное русло, истлели дурные мысли, а ты не чувствуешь себя пострадавшим. Я помню, что мы были. Существовали. Не приснились ребенку, уставшему после трудного дня в школе, повизгивая и танцуя безумные танцы, как зеленые человечки с Марса. Не были дивной сказкой, галлюцинацией или очередной, пропахшей сыростью и крысами, городской легендой. Вся наша история реальна. Она просто спит. Она застыла, под тысячелетней глыбой льда, искрящейся на солнце. Я не знаю, сколько ей и хранящейся в ней воспоминаниям, той радости и счастью, которые мы спрятали в ней, осталось стоять. В любом случае, я уверен, она вернется.

Edition 1 – это сборник снов и воспоминаний, и не все из них заканчиваются хорошо, как и не за всеми следует пробуждение с тусклым или ярким миром, который мы видим ежедневно каждый по-своему. Для меня новый альбом King Midas Sound звучит как одна короткая неделя, которая понемногу уходит из памяти, мягким ластиком осенних будней стирая мелочи, лица и слова. Но то трепетное чувство, которое навсегда застыло под глыбой льда, капелью стекающей мне на ноги – останется со мной навсегда. А когда она растает, и превратится в реку, волнами радости и голосов, не записанных на пленку, но начерченных руками на сердце, поглотит меня – я просто закрою глаза, и в самый ужасный день, отдавшись течению и воспоминаниям, стану счастлив. Потому что я знаю — всегда есть Маяк. И всегда есть Человек. И он ждет.

kms12

1 Comment

Смелее! Скажи нам всё, что думаешь.