Perc — Ma

Субъективное время, вопреки эсхатологической прогностике, конституирует пространство из пазлов дискретного настоящего. Наступает эпоха реинкарнации генетической памяти. Алистер Уэлс – и есть один из ее долгожданных провозвестников. Он игнорирует иллюзию вневременности, и эфемерный макрокосм обретает бытие во фрактале оглушающего самоподобия первородной жизни. Рвутся взаимосвязи на временной шкале, вселенная погружается в апокалиптический хаос. С позиции вечности о времени ничего сказать нельзя, реальность деформируется, приобретая абстрактную форму фантастически безутешной и растворяется в инфернальном мраке.

«The Death Of Rebirth» врывается в сумеречную явь отголосками страшного суда, словно трубный глас, возвещающий о фатальной возможности последнего расчета. Металлический звук падает на грань игральной кости и летит в пустоту, напоминая о безумной, абсурдной и бессмысленной реальности как глашатай неминуемого близкого воздаяния. Капли звуков срываются с обрыва искривленной подлинности в абсолютную пропасть всемирного коллапса, а действительность теряет свою власть, открывая новые возможности. Революционный фонографический набат из всепожирающего чудовища перевоплощается в иррациональное чудо. Возможность выхода за пределы размытого и не проясненного смысла обретает контуры и форму через желание пребывать в осмысленной индивидуальной реальности. Звук пульсирует в висках, призывая к возрождению и неминуемому торжеству жизни после перехода через неотвратимый коридор смерти и разложения.

«Negative Space» звучит как языческий гимн технизации, порожденной необходимостью преодоления ограниченности человеческого века. Сквозь потоки звука, раскалывающего мир на звенящие атомы, просачивается экзистенциальный трепет. Выплавленные в жерле науки, механические монстры обретают независимое пространство. На пике инфернального возбуждения звук обрывается и оглушительно рождается вновь в терзаниях очищающего катарсиса. Пространство сминается, корчится в судорогах, горло сводит удушьем, звуковая пульсация бьет подобно шаровой молнии, пронзая тело насквозь. Под стихающий звук дыхание выравнивается, задерживая апокалипсис.

Ритмичные удары «Ма» погружают в объятия мистического экстаза. В разломе зияющего чернильной чернотой неба сверкает молния, и одновременно с новым электроакустическим валом появляются призраки принявших насильственную смерть. Под звенящий барабанный бой они возвращаются, чтобы отомстить. Их мрачные обезображенные гримасами ненависти лица бледнеют в грозовом отсвете. Мировые устои пошатнулись. Еще немного, и голубая планета рухнет с тех трех китов, на которых она привыкла держаться.

Ма пробуждает запредельное, гипнотическое ощущение искажения пространства. И это иррациональное переживание обусловлено путем эвристического погружения в завораживающую художественную аудио реальность, торжественно провозглашающую возрождение через трансформацию.

1 Comment

  • Ответить Февраль 12, 2016

    Это Монморенси

    Техно отфильтрованное, нежели мелодраматично-сюжетное.

Смелее! Скажи нам всё, что думаешь.